... и немного об истории (glebminskiy) wrote,
... и немного об истории
glebminskiy

Category:

Виджаянагар - Забытая империя. Глава 3 (2)


Мухаммед-шах разбил свой лагерь на месте битвы и отправил гонцов с вестью о победе в свои владения. Исполняя сою клятву истребления неверных, он выступил к лагерю Райи Кишена, который, не надеясь противостоять ему, несмотря на свои многочисленные силы, бежал в лес и горы в поисках убежища. Султан преследовал его в течение трех месяцев, убивая всех без различия, кто встречался ему на пути. Наконец Райя Кишен решил укрыться в Биджануггуре, своей столице. Вскоре туда подступил и султан и расположился со своей армией под стенами города".
Сократив подробный рассказ Фиришты, можно установить, что султан безуспешно осаждал Виджаянагар в течение месяца, а затем начал отступление через Тунгабхадру; на каждом шаг его армию тревожили массы индусов из города. Наконец он остановился на открытой равнине, и король Виджаянагара также разбил свой лагерь невдалеке. Отступление Мухаммеда от города было сознательно предпринято с целью выманить врага на открытую местность, заставить поддаться ложной самонадеянности и пренебречь надлежащими мерами предосторожности. Уловка имела успех. Мухаммед предпринял стремительную и внезапную ночную атаку. Букка (которого Фиришта, как и ранее, называет "Кишен") в это время предавался удовольствиям в своем лагере, пил вино и любовался плясками танцовщиц. Вновь произошла страшная резня, и раджа бежал в Виджаянагар, тогда как 10000 его воинов были перебиты мусульманами. - "Но это не смягчило ярости султана, который приказал без всякого милосердия истребить жителей всех городов, расположенных вокруг Биджануггура".
Букка попытался заключить мир, но султан отказался.
"В это время один из фаворитов заметил султану, что он дал клятву истребить сто тысяч индусов, но не полностью уничтожить их расу; султан на это отвечал, что, хотя он предал смерти вдвое большее количество неверных, но до тех пор, пока раджа не изъявит покорность и не согласится вознаградить его музыкантов, он не простит его и не станет беречь жизни его подданных. Полномочные послы раджи согласились на это условие, и деньги были моментально уплачены. Мухаммед-шах тогда произнес: "Хвала Богу, свершившему всё, что я желал. Пусть же на скрижалях времени обо мне останется светлое слово".
Послы заметили в свое оправдание: ничья вера не предписывает, что невиновные люди и особенно беспомощные женщины и дети должны страдать из-за преступлений виновного. - "Если Райя Кишен провинился, то сирые и убогие не были соучастниками его преступлений". Мухаммед-шах отвечал на это, что такова была воля судьбы, а он не настолько могуществен, чтобы изменить ее.
Послы продолжали настаивать, что так как обе страны являются соседями, лучше было бы все же избегать лишней жестокости, которая только озлобила бы их взаимоотношения; и этот аргумент произвел должное впечатление на султана.
"Мухаммед-шах признал справедливость их замечаний и принес клятву, обещая в будущем не убивать ни единого неприятеля после победы, и обязавшись заставить соблюдать эту клятву всех своих преемников".
Таким образом, воина закончилась, и в течение нескольких лет между Виджаянагаром и Кулбаргой царил мир.
Мухаммед-шах умер 21 апреля 1375 г. [55], ему наследовал сын Муджахид, которому было тогда 10 лет. Вскоре после своего вступления на престол Муджахид написал "Букка Рао" (которого Фиришта продолжает называть "Райя Кишен" [56]), "что так как некоторые форты и прилегающие к ним земли между Кришной и Туммедрой держались им в совладении, что приводило к постоянным недоразумениям, он должен в будущем перенести свои границы к Туммедре и оставить все, что находится на восточной стороне, ему (султану), включая форт Бикапур и некоторые другие места". Этот "Бикапур" - важная крепость Банкапур к югу от Дхарвара. Монархи Декана всегда жаждали заполучить эту крепость, так как она лежала на прямом пути от Виджаянагара к морю, и обладание ею парализовало бы индусскую торговлю.
Раджа предъявил встречное требование, что султан должен уступить ему весь Доаб, поскольку Райчур и Мудкал всегда принадлежали правящему семейству Анегунди. Букка объявил, что истинной границей будет река Кришна, и просил также вернуть слонов, уведенных с собой султаном Мухаммедом во время его войны с Виджаянагаром.
Ответом султана стало объявление войны. Он лично возглавил войска, пересек реку и прибыл к Анегунди. Услышав, что раджа Виджаянагара разбил свой лагерь на берегу Тунгабхадры, он оставил одну часть войска для ведения осады крепости, другую направил на Виджаянагар, а сам выступил, вероятно, в северо-западном направлении, к реке, "двигаясь медленно и с большими предосторожностями". Индусский князь вначале приготовился к отражению атаки, но по некоторым причинам утратил мужество [57] и скрылся на поросших лесами холмах Сандура, к югу от своей столицы.
Фериштэ в этом месте отдает должное интересу, проявленному жителями этой части Индии к новому городу, существовавшему всего 40 лет, но год от года прибавлявшему в своем великолепии.
"Муджахид-шах, услышав о многих похвалах, воздававшихся красоте города, подступил к Биджануггуру, но, найдя город слишком сильно укрепленным, чтобы осаждать его в настоящее время, решил заняться поисками неприятеля в его окрестностях".
Далее у хрониста следует пассаж, не внушающий полного доверия, но являющийся скорее лишь отголоском распространенной традиции. Он сообщает, что по прибытии войск султана раджа "бежал через леса и холмы к Сит Бандару Рамешвару, преследуемый султаном, который прорубал в прежде непроходимых дебрях просеки для кавалерии. Таким образом, раджа в течение шести месяцев перебегал с места на место, но ни разу не осмелился показаться за пределами леса. Отчаявшись настичь убегавшего раджу, фавориты султана стали убеждать его, что ему следует оставить эту погоню как бесплодную и утомительную для войска. Но султан не желал отказываться от преследования. Наконец удача улыбнулась ему. Здоровье Райи Кишена и его семьи серьезно пошатнулось от вредных испарений джунглей, и они были вынуждены по настоянию лекарей оставить леса... Понуждаемый необходимостью, он тайными путями вернулся в свою столицу Биджануггур. Султан направил армию вслед за ним, тогда как сам вместе с амиром-аль-амра Бахадур-ханом и 5000 воинов отправился полюбоваться Сит Бандар Рамешваром.
Султан восстановил на этом месте мечеть, построенную некогда офицерами султана Ала-ад-дина Хильджи. Он разрушил много храмов идолопоклонников и опустошил всю их страну, после чего поспешил вместе с войском к Биджануггуру".
Упомянутая здесь мечеть, очевидно, была воздвигнута Маликом Кафуром (полководец султана Ала-ад-дина Хильджи (1296 - 1316), совершивший несколько успешных завоевательных походов в Южную Индию. - Aspar) на морском побережье в 1310 г., но, по всей вероятности, не в Рамешвараме, который лежит на крайней южной оконечности Индийского полуострова, а на восточном берегу, напротив острова Цейлон. Кроме того, крайне неправдоподобно, что мусульманский монарх сумел в XIV в. совершить глубокий рейд так далеко на юг, да еще в сопровождении такой внушительной армии. Его бы на каждом шагу тревожили нападения индусов, которые хотя и испытывали страх перед мусульманами, все же никогда не позволили бы 5000 воинов беспрепятственно совершить 1000-мильный марш-бросок через леса и горы (Рамешвар отстоит на 500 миль от Виджаянагара). Экспедиция Малика Кафура произошла после покорения им раджи Баллалы Дварасамудры в Майсуре, когда он воздвиг мечеть на побережье Малабара и, следовательно, отнюдь не в Рамешвараме. Полковник Бриггс, сознавая эту трудность [58], предположил, что упомянутое в хронике Фиришты место - это на самом деле Садашивагур, на западном берегу, к югу от Гоа, добавляя: "Этот пункт... известен на наших картах под названием мыс Рамас" [59]. Он считает, тем не менее, что остатки старой мечети существуют в Рамешвараме, и можно установить дату ее постройки. Предоставляя более сведущим историкам возможность пролить свет на это обстоятельство, я возвращаюсь к Букка Рао и его действиям.
Фериштэ сообщает, что на Виджаянагар вели две дороги:
"Одна - пригодная для прохода армии султана, другая - узкая и трудная. Так как на первой из них были устроены засады, он (султан) выбрал вторую, по которой и прошел с избранным отрядом войск и внезапно появился в окрестностях города".
Если Муджахид появился с Малабарского берега, последняя из этих двух дорог, вероятно, была обычным трактом, использовавшимся путниками, и ведущим по открытым, слабо всхолмленным равнинам. Избегая этого маршрута, султан мог повернуть к холмам Сандура, держась справа от них, и идти вдоль долины Сандура или вдоль другой долины, куда теперь перенесена основанная дорога из Беллары в Виджаянагар, между холмами Сандура и холмами, окружающими последний город.
"Райя Кишен был удивлен смелостью султана и послал бесчисленное множество людей для защиты городских улиц. Султан разогнал их перед собой и занял берег и водоем, который единственный теперь отделял его от цитадели, в которой укрепился Райя Кишен. Около него находилась возвышенность, где стоял храм, покрытый листами из золота и серебра, усыпанных драгоценностями; этот храм, называемый на языке той страны Путтук, был одной из святынь индусов. Султан, считавший уничтожение храмов идолопоклонников своим религиозным долгом, поднялся на этот холм и приказал разграбить храм, завладев большим количеством ценного металла и драгоценностей".
"Водоем", упомянутый Фириштой, вероятно, представлял собой живописное озеро в Намалапураме; но что это был за храм, уничтоженный Муджахидом? Все наши догадки могут оказаться бесполезными, учитывая, что Фиришта пользовался материалами устной традиции, в которую за два столетия могло вкрасться немало ошибок. Но наиболее странная часть рассказа - полное молчание Фиришты о том, как султан сумел успешно пробиться через внешние линии укреплений, опоясывавших город, и оказаться практически под стенами внутренней цитадели или дворцового комплекса, будучи отделенным от нее только незначительной водной преградой. Следует упомянуть, что в 1443 г. Абд ар-Раззак видел семь рядов стен вокруг города, хотя мы не знаем, сколько из них уже существовало во времена Букки Райи.
В этом месте Муджахид подвергся нападению и едва не расстался с жизнью: "Идолопоклонники, увидев их святыню уничтоженной, разразились воплями и причитаниями. Они убедили Райю Кишена возглавить их и бросились в решительную атаку в бесчисленном количестве. В это время султан занимался обустройством лагеря. Он отложил свой царский зонт и с одним из своих оруженосцев, афганцем по имени Махмуд, пересек небольшой ручеек, чтобы своими глазами увидеть численность неверных и их передвижения. Индус, узнавший султана по лошади, на которой он ехал, решил отомстить ему за уничтожение своих богов и разорение страны, стяжав одновременно для себя бессмертную славу. Будучи верхом на лошади, он незаметно прокрался через ложбину, миновал землю вдоль берега ручья, пересек ровное поле и вскачь направился навстречу султану, когда Муджахид-шах по счастливой случайности заметил его и сделал знак Махмуду-афганцу, чтобы тот без задержки атаковал индуса. Лошадь Махмуда встала на дыбы, и он упал на землю. Его противник, обладавший всеми преимуществами, был близок к тому, чтобы лишить его жизни, когда султан Муджахид с быстротой молнии ринулся на врага. Тогда индус, оставив Махмуда, повернулся к султану и нанес ему тяжелый удар, испустив в тот же миг ликующий клич, заставив всех, кто видел этот поединок, поверить в то, что удар оказался смертельным. К счастью, железный шлем защитил голову султана, который ответным ударом рассек неприятеля от плеча до живота, и тот упал со своей лошади [60], на которую султан подсадил Махмуда, после чего они вновь присоединились к своей армии на другом берегу ручья.
Началась битва, в которой индусы потерпели сокрушительное поражение, но тогда как мусульманские воины валились с ног от усталости, брат Райи [61] "привел из города свежее подкрепление в 20000 всадников и множество пехотинцев" [62], и битва продолжалась, став еще более яростной. В середине боя дядя султана, Дауд-хан [63], опасаясь за жизнь монарха, покинул вверенный ему пост в "Дхунна Содре" [64] и поспешил на помощь сражающейся армии с присущей ему отвагой. Мусульмане взяли верх, но неприятель, до появления на поле битвы Дауд-хан уже близкий к победе, захватил брошенную позицию и таким образом серьезно угрожал отступлению султана. Тогда султан оставил поле битвы и с помощью искусного маневра сумел вывести всю свою армию из грозящего ей окружения. Угнав с собой от 60000 до 70000 пленников, по большей части женщин, он отступил из Виджаянагара и остановился перед Адони; но после того, как девятимесячная осада крепости не принесла желаемого успеха, султан вернулся в свои владения. Так закончилась кампания.
Фиришта приводит краткое описание королевства Виджаянагар в этот период (1378 г.), из которого мы процитируем следующие отрывки:
"Государи дома Бахмани считают себя самыми могущественными владыками, но, за исключением силы, правители Виджаянагара намного превосходят их по своему богатству и обширности своих владений"; и он прибавляет, что в это время, как и в последующие годы, вся Южная Индия подчинялась владычеству Виджаянагара.
"Морской порт Гоа [65], крепость Малгаон [66]... принадлежат радже Виджаянагара, и много округов Тульхаута [67] находятся в его владении. Его страна была густонаселенной, а подданные - покорными его власти. Правители Малабара, Цейлона и других островов держали послов при его дворе, и ежегодно посылали ему богатые дары". [68]
Мы должны теперь вернуться к дяде султана Муджахида и его действиям во время битвы у Виджаянагара. Как уже говорилось, полный самых благих намерений, он оставил вверенную ему крепость, чтобы придти на помощь своему султану.
"Султан, увидев знамя Дауд-хана, был взбешен, но подавил свое неудовольствие до того, как ветер победы задул в стяги правоверных. Затем он вызвал Дауд-хана к себе и жестко выбранил его за то, что он бросил порученную ему крепость, имевшую настолько важное значение, что если бы она попала в руки врагов, они легко могли бы перерезать обратный путь для мусульман".
Дауд-хан пришел в негодование от такого отношения и, объединившись с другими знатными лицами, имевшими основание для недовольства султаном, тайно замыслил убийство племянника. Заговорщики дождались благоприятного момента, когда Муджахид находился в пути из Адони в Кулбаргу, и затем однажды ночью в пятницу 16 апреля 1378 г. [69], пока султан отдыхал в своем шатре, Дауд вместе с тремя другими сообщниками проник вовнутрь и ранил его. Завязалась борьба, и неудачливый монарх был сражен ударом сабли [70]. Так как Муджахид не оставил потомства, Дауд сразу же на правах ближайшего родственника провозгласил себя новым султаном, и, получив всеобщее признание, вернулся в Кулбаргу, где ему принесло торжественную присягу все население страны.
Убийство племянника привело Дауда к власти, но правление его продолжалось недолго - всего один месяц: страна разделилась между двумя противоборствующими группировками, и 21 мая 1378 г. [71] убийца был сам убит во время молитвы в большой столичной мечети. Тем временем Букка Райя вышел за пределы Доаба, продвинулся вплоть до реки Кришны и осадил крепость Райчур.
Дауду наследовал младший сын основателя династии, Ала-ад-дина Бахмани, Махмуд I [72], а сестра Муджахида Рух Парвар Агах (Ruh Parvar Agah) приказала ослепить сына Дауда, восьмилетнего мальчика, чтобы устранить потенциального претендента. Восшествие на трон Махмуда было, очевидно, благоприятно встречено всеми группировками, поскольку даже раджа Виджаянагара снял осаду с крепости Райчур и согласился платить новому султану дань, установленную Мухаммед-шахом; так, по крайней мере, сообщает Фиришта. И в течение почти всего правления Махмуд-шаха мир и спокойствие царили как в его владениях, так и за их пределами. Он умер 20 апреля 1397 г. [73]
Смерть Букки I, правителя Виджаянагара, по указанным выше причинам следует датировать приблизительно 1379 г.

Примечания
[32] JOURNAL BOMBAY BR. R.A.S., xii. 338, 340.
[33] Есть недатированная надпись, опубликованная д-ром Шульцом в "Южно-индийских надписях" (vol. i. p. 167), на скале недалеко от вершины высокого холма, на котором расположена неприступная крепость Гутти или Гути в округе Анантапур, согласно которой эта цитадель принадлежала королю Букке. Место находится на расстоянии семьдесят восемь миль к востоку от Виджаянагара.
[34] EPIG. IND., iii. 36.
[35] В надписи 1368-69 гг. (Saka 1290, год Kilaka) Мадхавачарья Видьяранья, очевидно, упоминается как все еще живущий. IND. ANT., iv. 206.
[36] См. мои "Древности Мадраса,". 8, No. 58; Hultzsch's EPIG. INDICA, iii. 21.
[37] Бриггс, i. 427.
[38] Это - по своей сути абсурд, содержащий собственное опровержение. Город невозможно было "построить" в такой короткий промежуток времени, и, кроме того, такое занятие было бы бессмысленной потерей времени для принца. Предложение, вероятно, вставлено просто для указания на то, что этот город был построен приблизительно в этот период.
[39] Фиришта относит данное событие к 1-му числу месяца раби аль-авваль 759 г.х.; 761 г.х. (1359-60 гг. н.э.) согласно "Бурхан-и-Маасир". Но автор последней работы сообщает, что Ала-ад-дин правил тринадцать лет, десять месяцев, и двадцать семь дней, что относит дату его смерти к 22-му числу раби аль-авваля 762 г.х., или 31 января 1361 н.э. Он, следовательно, оказывается менее точным. Фиришта указывает в словах продолжительность его правления как "одиннадцать лет, два месяца и семь дней".
[40] Некоторые надписи, опубликованные м-ром Райсом, указывают, что военачальник, который командовал армией Букки приблизительно в это время, был Надегонта Маллинатха (Nadegonta Mallinatha), сын Надегонты Сайаны (Nadegonta Sayyana). Они содержат дату 1355-56 и 1356-57 гг. н.э.
[41] Названный "Nagdeo" в переводе Скотта (i. 19).
[42] Бриггс, ii. 307.
[43] Здесь у Фиришты путаница с датами; но он определенно указывает месяц и год восшествия Мухаммада на трон, и мы можем принять это на этот раз. "Бурхан-и-Маасир" подразумевает, что война против Виджаянагара произошла до кампании против Варангала. Фиришта недвусмысленно помещает ее после событий в "Vellunputtun".
[44] Фиришта (Scott, i. 23).
[45] Адони, как теперь называется; Adhvani, как правильно следует писать. Это - прекрасная крепость на вершине холма с широкими линиями стен, в нескольких милях от реки Тунгабхадры и на линии железной дороги между Мадрасом и Бомбеем.
[46] Мы не должны никогда забыть, что в своем повествовании Фиришта обязательно приукрашивает события в пользу мусульман, и, что он завершил работу над ним лишь в конце шестнадцатого или начале семнадцатого столетия н.э. "Неверные", - конечно, индусы, "верные" - последователи пророка Мухаммеда.
[47] Страна, о которой идет речь - равнина, образованная глубокими аллювиальными (наносными) породами, обычно покрытых сверху слоем гравия, и известная как "черная хлопковая почва". После обильных ливней она размокала и становилась практически непроходимой для движения в течение некоторых дней.
[48] Выражение Фиришты заслуживает особого внимания, так как оно подразумевает, что, согласно современной ему традиции, райя Виджаянагара к 1366 г.н.э. стал великим и могущественным монархом.
[49] Бриггс (ii. 312, n.), считает маловероятным, чтобы армии могли обладать артиллерией в столь ранний период.
[50] Scott's edit., i. 27.
[51] Бриггс приводит его имя в форме Bhoj-Mul. Он может быть Mallayya или Mallinatha, упомянутым выше (p. 31, примечание).
[52] Священные животные для индусов.
[53] Около сорока двух миль.
[54] Охотник на тигров (Tiger-Hunter).
[55] 19 зу-ль-када 776 г.х. (Фиришта). "Бурхан-и-Маасир" относит это событие к 775 г.х.
[56] "Бурхан-и-Маасир" называет Райю "Kapazah." Майор Кинг сообщает, что приведены даже знаки гласных букв, так что в прочтении имени не может быть сомнений. Я осмеливаюсь высказать рискованное предположение, что если записать слово как "Pakazah," переставив местами первые две согласных буквы - ошибка, которая случайно могла быть сделана авторами, имеющими дело с диковинными для них именами - звучание слова близко похоже на имя "Букка Шах". Я не встречал ни единого имени, среди тех, которые носили короли Виджаянагара, чтобы оно хоть в отдаленной степени имело сходство с "Kapazah."
[57] Фиришта приводит рассказ, которому едва ли можно верить, о возможных причинах малодушия Букки. Он сообщает, что Муджахид однажды днем во время перехода встретил тигра-людоеда, отличавшегося большой свирепостью, и поразил его единственной стрелой прямо в сердце. "Идолопоклонники, услышав об этом подвиге, испытали страх". В настоящее время, по крайней мере, в стране между Адони и Виджаянагаром нет тигров, хотя пантеры водятся в изобилии.
[58] Фиришта, ii. 332 n.
[59] На французской карта 1652 г., опубликованной м-ром Дэнверсом ("Португальцы в Индии", конец vol. 1), в этом пункте показан "С. de Рам.", но на современной Карте Ordnance места под этим названием в окрестности не существует.
[60] Следует отметить, что Фиришта ранее описал Муджахида, хотя ему было тогда только около двадцати лет, в высшей степени сильным человеком. Он указывает, что в возрасте четырнадцати лет, он сломал шею противнику во время единоборства.
[61] Вероятно, Мараппа (Marappa) или Муддаппа (Muddappa).
[62] Мы увидим впоследствии, что королевство подразделялось на провинции, которыми правили представители знати при условии содержания больших армий, готовых для службы в любой момент.
[63] Некоторые авторитетные специалисты утверждают, что Дауд был кузеном Муджахида.
[64] "Дхунна Содра", я думаю, представляет собой озеро или водоем на равнине у восточного края холмов Виджаянагара, находящееся у подножия высокого холма, названного, на Тригонометрической карте Survey Taluq, "Dannsundram," от (вероятно) Dharma Samudram. На вершине этого холма - большая вышка, служащая триангуляционным пунктом. Высота холма составляет 500 футов, и он находится в пределах деревни Kanvi Timmapuram. Владеющий этой высотой контролировал единственный путь к отступлению, открытый захватчикам к северо-востоку, который войска, вышедшие из столицы, могли попытаться перерезать, обойдя холмы, поэтому значение данной позиции для мусульманской армии не могло быть преувеличено.
[65] Сеньор Лопиш сообщает мне, что он недавно обнаружил в архивах Torre do Tombo в Лиссабоне (CORPO CHRONOLOGICO, Part iii. packet 11, No. 107) копию медной пластины, с надписью о пожертвовании, совершенном правителем Гоа в 1391 г. от имени своего сюзерена, короля Виджаянагара по имени "Virahariar". Это был "Вира" Харихара II. Надпись была скопирована в 1532 г. и переведена на португальский.
[66] Вероятно, Белгаум.
[67] Горный перевал Tulu-, или страна Tulu на побережье Малабара.
[68] Сравните пассаж в Хронике Нуниша, p. 302 ниже, где, описывая несколько более поздний период, он говорит, что "короли Коулана (Куилона) и Цейлона, и Палеаката (Пуликата), и Пегу и Танасари (Тенассерима), и многих других земель, платят ему (Райе) дань".
[69] 17-го зу-ль-хиджа, 779 г.х.
[70] Мидоуз Тэйлор, в его "Истории Индии", говорит (p. 163), что в одном случае Муджахид, во время своего нападения на Виджаянагар, прорвался за вторую линию укреплений, где находился знаменитый образ бога-обезьяны, Ханумана. Султан разогнал брахманов, которые попытались защитить его, и ударив изображение по лицу, приказал его обезобразить. "Умирающий брахман, лежащий у ног образа, проклял короля. "За этот поступок, - сказал он, - ты умрешь прежде, чем вернешься в свое королевство". Прорицание, которое буквально было выполнено. Образ, высеченный из большого гранитного валуна, до сих пор сохранился, и несет следы причиненных ему по приказу короля увечий". Я не знаю, на какой образ намекает историк. Есть несколько статуй Ханумана во второй линии укреплений, два из них лежат к югу от храма Malaanta Raghunathasvami.
[71] 21 мухаррама 780 г.х.
[72] Имя обычно приводится как Махмуд, и так Фиришта и называет его, но д-р Кодрингтон (НУМИЗМАТИЧЕСКАЯ ХРОНИКА, 3-я Серия, vol. xviii p. 261), отмечает, что на всех монетах этого султана его имя приводится в форме "Мухаммед", а не "Махмуд"; и это подтверждает "Бурхан-и-Маасир" и два других источника (майор Кинг в IND. ANT., июль 1899, p. 183, примечание 39). Я считаю, тем не менее, что лучше всего будет придерживаться номенклатуры Фиришты, во избежание путаницы.
[73] 21 раджаба 799 г.х. 26-го согласно "Бурхан-и-Маасир".

Взято здесь!


Tags: История Индии
Subscribe

promo glebminskiy march 26, 17:41 43
Buy for 40 tokens
Уже выкладывал! Но таки не нашёл ещё:( Поэтому повтор! Ищу книгу, в ней два или три исторических романа. Издавалась в 90-е в серии "Орден" или "Легион", или какой-то подобной. Там были исторические романы 19 - начала 20 веков. Автора, или авторов не помню. Но помню, что один роман был посвящён…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments